Новости в мире туризма

10 июля Никитин в Бидаре »
10 июля Никитин »
10 июля Конти »
Все новости 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14




Великие географические открытия Запада и Востока ч.1

             Эпоха Великих географических открытий, результатом кото­рой явилось образование единого мирового экономического про­странства и возникновение предпосылок для создания единой мировой цивилизации, имела ряд объективных причин.

Развившаяся во время крестовых походов восточно-средизем­номорская торговля получила к концу Средневековья характер постоянных торговых связей. Различные восточные товары все более входили в употребление высших и средних классов Западной Ев­ропы. Купечество городов Южной Италии, Южной Франции и Восточной Испании составило на торговле с Востоком огромные состояния. Но со второй половины XV в. средиземноморская тор­говля вошла в полосу кризиса. Необходимо было искать новые пути на Восток. Причинами начавшихся поисков этих путей, ко­торые и привели к Великим географическим открытиям, были:
– обилие посредников в торговле между Европой и Азией: ара­бы, византийцы и др.;
– недоступность отдаленных восточных рынков для большинства купцов западноевропейских стран;
– крайняя опасность, а иногда и просто невозможность торгов­ли через Восточное Средиземноморье из-за турецких завоеваний: грабежи, пиратство, произвольные поборы с торговых судов и караванов;
– полная монополизация арабами единственно возможного тор­гового пути из Европы в Индию, не захваченного турками, через Египет и Красное море.
 
Кроме того, развивавшееся товарное производство Европы требовало большего количества драгоценных металлов. Но их добыча в Европе прогрессировала слабо. Торговый баланс с Востоком складывался не в пользу Европы. За экзотические восточные това­ры приходилось платить золотом и серебром. Стоимость европей­ских товаров: олова, сукна, меди, продуктов сельского хозяйства — была ниже восточных. «Проблема золота» превращалась в ост­рую экономическую проблему.
Великие географические открытия были подготовлены эконо­мическим развитием западноевропейского общества. Появился новый тип судов — каравелла. Эти корабли могли ходить под па­русами и против ветра, кроме того, имея небольшие размеры, они вместе с тем были очень вместительны. Европейцами был изобретен компас. Появилась астролябия, благодаря которой можно было установить широту местонахождения судна. Совершенствовалось огнестрельное оружие. Возник способ сохранения мяса путем засолки — солонина, что давало возможность морякам не за­меть от торговли, совершая длительные плавания.
Мореплаватели, купцы, политики и ученые той эпохи базиро­вались на концепции Единого мирового океана. Понятие Миро­вого океана было известно еще Гомеру. В глубокой древности существовала идея о возможности попасть из Европы в Азию запад­ным путем. Гекатей Милетский на рубеже VI—V вв. до н. э. и Геро­дот веком позже развивали именно эти взгляды. Аристотель также разделял эту точку зрения: «Не такую уж невероятную мысль вы­сказывают те, — писал он, — кто предполагает области... лежащие близ Геракловых столбов... сообщающиеся с областями, лежащи­ми близ Индии... Защитники этого взгляда приводят в доказатель­ство тот факт, что такой вид животных, как слоны, встречается в обеих названных оконечностях земли и, таким образом, страна Стол­бов Геракла связана со странами Индии, и между ними лежит только одно море». Об этом писал Страбон со ссылками на Эратосфена, который считал вполне реальным попасть морским путем с Пиренейского полуострова в Индию. «Если бы обширность Атлантического моря не устрашала нас, то можно было бы переплыть из Иберии в Индию по кругу и при попутном ветре достичь (страны) индийцев». Кругом здесь названа широта Афин. Но между ан­тичной и средневековой наукой не было глухой стены, а существо­вала определенная преемственность. Кроме того, в Библии о Сотворении Богом мира сказано следующее: «И сказал Бог: да собе­рется вода, которая под небом, в одно место». В Священном писании, таким образом, говорится лишь об одном и единственном «собрании вод», а не о многих океанах и морях. Идея Мирового оке­ана становится освященной и церковной традицией, став частью Церковного мировоззрения, что еще в IV в. в своих трудах развивал теолог Амбросий Медиоланский. Арабоязычные ученые Масуди (X в.), Бируни (X—XI вв.), Идриси (XII в.) также соглашались с идеей Мирового океана.
Роджер Бэкон и Альберт Великий — одни из самых разносто­ронних ученых европейского Средневековья — считали, что воз­можно плавание в западном направлении из Европы в Азию. И, на­конец, в XV в. вышел компилятивный труд кардинала Пьера д"Альи талиасиуса) Imago mundi — «Картина мира», в котором были обобщены многие взгляды его предшественников по этому вопросу и который стал настольной книгой для многих путешествен­ников, включая Христофора Колумба.
Развивалась картография. На карте флорентийского картографа Паоло Тосканелли в конце XV в. Атлантический океан был изображен омывающим с одной стороны Европу, а с другой — Японию и Китай. Картограф писал: «Я знаю, что существование такого пути может быть доказано на том основании, что Земля — шар.». Немецкий купец и астроном Мартин Бегайм передал в дар городу Нюрнбергу глобус.
Первой европейской страной, активно приступившей к дале­ким путешествиям и открытию новых земель, была Португалия. После того как Португалии удалось отделиться от Испании и опре­делились к середине XIII в. ее границы, которые существуют и до сих пор, она вдруг оказалась совершенно отрезанной и изолированной от Европы.
Покровительство морским путешествиям в этой стране ока­зывало само правительство, так как необходимо было сделать прорыв с периферии мировой экономической жизни. Наиболее выдающейся фигурой был принц Генрих Мореплаватель. Благода­ря ему был построен большой флот, в Сагрише в 1438 г. организо­вана мореходная школа, а также создана обсерватория, в которой обучали навигаторов ориентироваться в океане по звездам. В этом же городе он разместил и свою богатейшую коллекцию карт и книг.
Молодой принц сыграл важную роль в военной операции в 1415 г., в результате которой у арабов (мавров) была отбита Сеута. Это дало возможность португальцам проникнуть в Марокко. Ген­рих Мореплаватель собирал данные о Внутренней Африке. Боль­ше всего его интересовал вопрос о караванной торговле, благода­ря которой золото с Гвинейского берега переправлялось в средиземноморские арабские города. Необходимо было добраться до побережья Гвинеи, чтобы золото стало поступать в Лиссабон.
Очень трудно было преодолеть нежелание матросов отправляться в южные моря. Это объяснялось не столько боязнью сложностей, сколько картиной мира, описанной еще в античные времена уче­ным Птолемеем. Им в труде «География» вся суша была поделена на пять зон. На севере и юге были две зоны, где все было покрыто льдами, жизнь там была невозможна. Далее следовали две уме­ренные зоны, где и была сконцентрирована деятельность людей. Но чем ближе к экватору, тем теплее, следовательно, там находилась последняя зона, где было так жарко, что вода в океане, окружавшем ее, кипела. Естественно, матросы не хотели сварить­ся заживо и всячески саботировали попытки отправить их в юж­ные моря. Но все же это сопротивление удалось сломить.
Инфант Энрикеш (Генрих Мореплаватель) придал плаваниям португальцев религиозную окраску. Он воссоздал рыцарский Ор­ден тамплиеров и возглавил его. Своим сподвижникам он объяс­нил, что необходимо отнять сокровища у неверных — арабских и еврейских купцов — и передать их христианам. Торговля внутри африканского материка находилась в руках еврейских купцов. О караванных путях через оазисы Сахары далеко на юг сообща­лось в картах, составленных евреями Майорки, откуда выходили лучшие картографы той эпохи. Некоторые из этих карт восходят к последней четверти XIV в.
Нa всех кораблях, снаряженных Генрихом, были священники для обращения африканских язычников в христианство. Капитаны кораблей тщательно вели судовые журналы и в мельчайших подробностях должны были картографировать незнакомую мест­ность. Принц боялся, что по небрежности они могут пропустить пеку в Африке, которая ведет в «царство пресвитера Иоанна», основавшего уже Царство Божие на земле. Легенда об этом цар­стве была очень живуча в средние века, и это «царство» продол­жали разыскивать вплоть до XVIII в. многие путешественники в самых разных неизведанных частях земного шара.
В начале XV в. португальцы пересекли Гибралтарский пролив и исследовали Западное побережье Африки, к середине века ими был открыт Зеленый мыс. С этого времени Португалия стала по­ставлять на мировые рынки рабов-негров, и началась эра колони­зации этого материка. Работорговля была одобрена не только Ген­рихом, который видел в этом возможность обращать язычников в лоно христианской церкви, но и папой римским Евгением IV, который по просьбе Генриха пожаловал португальцам все вар­варские народы, которые впредь ими будут открыты. В дальней­шем первосвященники римско-католической церкви подтверждали это пожалование.
На португальских кораблях плавали и иностранцы. Одним из искателей приключений был итальянский купец Альвизе Када-мосто, оставивший мемуары, в которых он описал африканских жителей, их быт и обычаи.
В 60-х гг. XV в. португальцы пересекли экватор. На картах стали появляться названия Перечный берег, Невольничий берег, берег Слоновой кости, говорящие сами за себя. В 1471 г. португальцы достигли Гвинеи, где в пункте, названном Золотым берегом, ими была построена военная фактория. Дальние путешествия продол­жали приносить прибыль.
В 1487 г. Вдоль берегов Африки была отправлена экспедиция под руководством одного из лучших моряков Европы Бартоломеу Диаса (Диаша). Нет прямых доказательств того, что главной це­лью этой маленькой флотилии, состоящей из двух небольших судовв, которые были столь неустойчивы, что на них невозможно было даже установить тяжелые пушки, было достижение Индии. Вероятно, основной их задачей был сбор разведывательных дан­ных. В 1488 г. их корабли достигли южной оконечности Африки, названной Бартоломео Диасом мысом Бурь, но переименованным португальским королем Жоаном II в мыс Доброй Надежды. Это плавание укрепляло надежду на то, что из Атлантического океана можно попасть в Индийский, обогнув Африку с юга.
Генрих Мореплаватель, «который сам никогда по морю не пла­вал», как про него говорили злые языки, тем не менее, сделал для исследования планеты больше, чем многие путешественники. Он был инициатором систематических исследовательских экспеди­ций, главной целью которых было открытие морского пути в Ин­дию. В год смерти Генриха Мореплавателя (1460) родился Васко да Гама, который и совершил впоследствии это путешествие.
Первая экспедиция, которая решила отправиться по новому маршруту из Португалии в Индию, вышла из гавани Лиссабона летом 1497 г. Небольшую флотилию из 4 кораблей возглавлял Васко да Гама. После того как суда португальцев прошли Мадагаскар, они оказались на бойкой торговой дороге между Африкой и Ин­дией. Общепринятым торговым языком здесь был арабский. В Мелинди они даже наняли штурмана-мавра, который и довел их флотилию до берегов Индостана. Весной 1498 г. мореплаватели достигли западной оконечности Индии, высадившись в городе Каликуте, как его тогда называли европейцы (в Средневековье город прославился производством миткаля, или калико, откуда и пошло название города). Португальцев восприняли в Каликуте как торговых конкурентов. И они с трудом получили возможность тор­говать в другом индийском городе — Каннаноре.
Более чем через два года, потеряв от трудностей и лишений половину команды, Васко да Гама вернулся в Португалию с гру­зом золота и пряностей (рис. 2.4). Один только золотой идол, предназначавшийся в подарок королю, весил около 30 кг, имел изум­рудные глаза, а на груди у него были рубины величиной с грец­кий орех. Открытие пути в Индию имело столь большое значение, что португальский король Мануэл I принял по этому поводу про­звище «Счастливый» и титул «Повелителя завоевания, морепла­вания и торговли Эфиопии, Аравии, Персии и Индии». А выдаю­щийся поэт Луис Камоэнс посвятил путешествию Васко да Гама поэму «Лузиады» (1572), подражая классическим «Одиссее» и «Энеиде». Свою поэму Луис Камоэнс начал следующими словами: «Я хочу воспеть знаменитых героев, которые с португальских берегов отправились по неведомым морям по ту сторону земли... непоколебимых воинов, которые, совершив неслыханные подви­ги, основали новую империю, слава о которой прогремела до небес».
Португальцы стремились к захвату не столько обширных терри­торий, сколько стратегически важных пунктов, дававших им воз­можность контролировать торговые пути. Такими опорными пунк­тами стали: Аден у выхода из Красного моря в Индийский океан. Ормуз в Персидском заливе. Тем самым они полностью перекрыли старые торговые пути из Александрии в Индию через Красное море, а также из Сирии в Индию через Месопотамию. В Индии столицей, где проживали португальские вице-короли, стал город Гоа. Захва­тив в начале XVI в. Зондский архипелаг, проникнув в Индокитай (Малакка) и на острова Индонезии, а затем и в Южную Америку, португальцы создали обширную империю. Главным торговым цен­тром Европы стал Лиссабон, а итальянские города Венеция, Генуя и др. постепенно приходили в упадок.

 

В то время как португальцы продвигались вдоль западных берегов Африки к Индии, в соседней Испании воспользовались дру­гим вариантом маршрута в ту же Индию.
Заокеанская экспансия осуществлялась в интересах как ко­ролевской власти, католической церкви, городской буржуазии, так и самого дворянства. Корона получала колонии; церковь — море язычников, из которых ей предстояло сделать добрых христиан; буржуазия расширяла источники первоначального накопления капитала. А обедневшее мелкопоместное дворянство – идальго, завершившее реконкисту и представлявшее угрозу для внутренней стабильности королевства, получало возможность проявить свою доблесть и приобрести богатство, но за предела­ми государства.
Для начала массовой заокеанской экспансии нужна была раз­ведывательная экспедиция. И генуэзец Христофор Колумб пред­ложил испанской правящей чете Фердинанду и Изабелле проект подобного путешествия в Индию в западном направлении.
Биографические сведения о Колумбе до организации его пер­вой экспедиции крайне скудны, поэтому до настоящего времени ряд существенных моментов в истории его жизни и деятельности вызывает споры и сомнения. Положение осложняется и тем, что первые биографы Колумба: его сын Фернандо и Бартоломео де Лас Касас — сознательно искажали факты, создавая ложные версии биографии Колумба, руководствуясь личными мотивами. При этом, как полагают, они изъяли ряд документов из семейного архива Колумбов, которые, с их точки зрения, могли повредить репутации «адмирала моря-океана».
Установлено, что Христофор Колумб родился в 1451 г. в Генуе в семье небогатого ткача. Христофор также стал ремесленником и со­стоял в генуэзском цехе ткачей. Неизвестно, какое образование по­лучил Колумб и обучался ли он вообще. Возможно, он был гениаль­ным самоучкой. Но читал он, по крайней мере, на четырех языках (итальянском, латинском, испанском и португальском). Он очень внимательно изучил книгу кардинала Пьера д"Альи (Аллиасиуса) «Картина мира», в которой автор, опираясь на труды Роджера Бэкона, излагал идею о шарообразности Земли.
В начале 70-х гг. XV в. Колумб начинает участвовать в морских торговых путешествиях генуэзских купцов. Это были плавания на острова Эгейского моря, в Португалию, возможно, он побывал также в Англии, Ирландии и даже в Исландии, в Гвинее. Он пе­реезжает в интересах бизнеса в Португалию, подолгу живет на Мадейре. Нет никаких прямых документальных доказательств, кроме заявлений самого Колумба, что он совершал какие-либо дальние плавания до его первого похода через Атлантику. Но он в этом путешествии проявил себя как очень опытный моряк, соче­тая качества капитана, лоцмана и астронома. Он не только осво­ил искусство кораблевождения своего времени, но и поднял его на более высокий уровень.
Хотя до конца и неясна история возникновения проекта за­океанского плавания, но очевидно, что Колумбу были известны наиболее распространенные труды по космографии того време­ни, основывавшиеся как на сведениях античных авторов, так и на картах арабских купцов, торговавших с Индией и Китаем. Су­ществует версия, что флорентийский ученый Тосканелли лично послал Колумбу письмо, в котором была карта, где указывалось, что Чипангу и Катай (Япония и Китай) находятся всего лишь в 5000 морских миль от берегов Португалии.
Португальский король Жоан II и «Математическая Хунта», в ко­торой состояли наиболее выдающиеся ученые астрономы и математики Португалии, рассматривавшие все дела, связанные с утверж­дением проектов заморских предприятий, отклонили проект гену­эзца, предлагавшего «открыть остров Чипангу через Западный оке­ан». Колумб перебирается в Испанию. Здесь судьба его сводит с очень влиятельным духовным лицом, «кустодием» («хранителем») Фран­цисканского ордена севильской провинции, Антонио Мораченой, который совместно с другим влиятельным францисканцем, Хуаном Пересом, окажет ему поддержку при испанском дворе.
Сначала Колумб предлагает свой план знатнейшим и богатым испанским грандам герцогу Медина Сидония и герцогу Медина-сели, но получает по разным причинам отказ от обоих. Он вновь обращается к португальскому королю в 1488 г. и также вновь по­лучает отказ. Брат Колумба не сумел заинтересовать проектом ан­глийский двор, но к нему проявляет неожиданный интерес сест­ра французского короля Карла VIII, Анна Боже.
В Испании же специальная комиссия, назначенная Изабеллой в 1490 г., отвергла проект Колумба как непродуманный и неубе­дительный «для любого образованного человека, как бы мало он ни был сведущ». Аргументация комиссии была следующая:
«путешествие в Азию потребует три года;
Западный океан беспределен и, возможно, недоступен для плавания;
в том случае, если экспедиция достигнет антиподов, она не сможет вернуться обратно;
на стороне земного шара, противоположной Европе, нет суши, ибо таково мнение блаженного Августина;
из пяти зон земного шара только три обитаемы;
немыслимо, чтобы спустя столько веков после сотворения мира могли бы быть найдены сколько-нибудь значительные и доселе еще неведомые земли». 
Вскоре после освобождения Гранады от мавров проект Колум­ба все же после стольких мытарств был утвержден. В XVII в. даже возникла легенда, что для снаряжения экспедиции Изабелла якобы заложила свои драгоценности. На самом деле известно, что правительство до минимума свело свои затраты на экспедицию. В распоряжение Колумба были предоставлены два корабля — «Пинта» и «Нинья», где капитанами были назначены братья Пинсоны, и с экипажем, который частично был принудительно набран из приговоренных к годичным каторжным работам за оскорб­ление королевского величества, а также пополнен уголовными преступниками. Хотя в нем преобладали, конечно, матросы-добровольцы. Ни одного монаха или священника не было на этих кораблях, что является фактом беспрецедентным для того времени. Но членом экипажа был крещеный еврей — переводчик Луис Торрес, знавший арабский язык, который являлся международным торговым языком и который понимали в «Индиях». Колумб находит спонсоров, помогающих снарядить его третье судно — «Санта Мария», которое, по его же словам, представляло собой «плохое судно, непригодное для открытий».
Экспедиция носила как торгово-разведывательный, так и ко­лонизационно-захватнический характер. Цель путешествия в офи­циальном документе формулировалась специально крайне расплывчато. «Вы, Христофор Колумб, отправляетесь по нашему повелению для открытия и приобретения некоторых островов и материка в море-океане». Эта формулировка объяснима. В офици­альных документах испанских королей нельзя было упоминать о Южной и Восточной Азии, объединяемых в Средневековье об­щим понятием «Индии». Ибо эти земли, согласно папскому пожалованию, подтвержденному и испанской стороной в 1479 г., должны были принадлежать Португалии. Также только Португа­лии было предоставлено право на открытие новых земель к югу от Канарских островов. Поэтому Колумб сразу за Канарами взял курс строго на запад, но не на юг.
Безусловно, самим Колумбом кроме жажды открытий и при­ключений владел и чисто прагматический интерес. Со временем он об этом открыто заявит в письме, посланном королевской чете с Ямайки: «Золото — это совершенство. Золото создает сокрови­ща, и тот, кто владеет им, может совершить все, что пожелает, и способен даже вводить человеческие души в рай». Путеше­ствие началось 3 августа 1492 г. До Канарских островов никаких значительных происшествий не было. Но потом по мере удаления от родины тревога среди членов экипажей кораблей стала нарас­тать. Капитанам было приказано занижать пройденное за день расстояние, «чтобы не наводить на людей страх». В середине сентября корабли вошли в Саргассово море, вокруг кораблей было много пучков «очень зеленой травы и, казалось, трава эта лишь недавно была оторвана от земли». И хотя маленькая флотилия почти три недели продвигалась на запад, но земли все не было видно, а лот, который бросали для измерения глубины, не достигал дна.
Колумб, опасаясь мятежа, вынужден был поменять курс, до этого он плыл строго на запад. Плавание продолжалось. 11 ок­тября стали проявляться признаки близкой земли. Колумб объявляет о награде: ежегодной пенсии, тому, кто первый увидит землю. На рассвете 12 октября 1492 г. Родриго де Триана, матрос с «Пин­ты» уведомил всех, что показалась земля. (Правда, Колумб, объя­вил позднее, что видел уже накануне вечером блуждающие огни на суше, и отобрал награду у матроса.) Это был один из Багам­ских островов в Карибском море, который был назван Сан-Саль­вадором.
Вскоре были обнаружены и такие крупные острова как Куба и Гаити. Куба у Колумба ассоциировалась с Китаем. На островах европейцы наблюдали необычный для них быт, а также        множество незнакомых животных и растений. Несколько позже Старый Свет узнал о кукурузе (маисе), картофеле, томатах, табаке и многих фруктах.
«Санта-Мария» села на мель, поэтому в Испанию возврати­лись два корабля — «Нинья» и «Пинта». Колумб хотел оставаться монополистом нового пути в Индии, поэтому он умышленно да­вал искаженные данные в корабельных журналах и на обратном пути (рис. 2.5).
Открытые новые земли взволновали умы всей Европы, но осо­бенно были обеспокоены португальцы. Назревал вооруженный конфликт между двумя странами.
В 1494 г. в городе Тордесильясе был подписан договор, по кото­рому была проведена черта от полюса до полюса, проходящая в 2053 км к западу от островов Зеленого мыса, так называемый «пап­ский меридиан». Все вновь открытые земли к западу от этой грани­цы становились колониальными владениями испанцев, а к восто­ку — португальцев. Но так как этот раздел касался только Западного полушария, то интересы этих двух стран позже опять столкнулись на Молуккских островах. Тогда и в Восточном полушарии, по Сарагосскому договору 1529 г., была создана аналогичная граница.
Колумб четыре раза плавал к берегам открытой им земли, его экспедиции исследовали восточную часть побережья Южной Аме­рики, но он был убежден, что эта земля — часть азиатского мате­рика, «Индии». Почему и местное население стали называть — ин­дейцами. Но в новой «Западной Индии» (Вест-Индии) было мало городов, и цивилизация оказалась очень слабо развитой, в отли­чие от богатой «Восточной Индии» (Ост-Индии), хорошо известной европейцам. Найденное у туземцев золото и серебро посту­пало в королевскую казну совсем не в том количестве, как ожида­лось. Колумб впал в немилость у королевского двора. В 1506 г. он умер в нищете и полном забвении.

 

Самое долгое путешествие, продолжавшееся почти 400 лет началось после его смерти. Прах Колумба из города Вальядолида, где он скончался, сначала перевезли в Севилью, затем, в середине XVI в. на Гаити в Сан-Доминго. В 1792 г., когда Испания вынуждена была уступить часть острова Франции, останки адмирала были до­ставлены в Гавану. Во время испано-американской войны в 1898 — 1899 г. Испания потеряла Кубу, и было принято решение, что прах Колумба должен покоиться в Испании, его снова перевезли в Се­вилью, где он и покоится ныне в кафедральном соборе.
Христофор Колумб сумел не только открыть новую часть света, но и все важнейшие острова в Карибском море. Он положил нача­ло открытию материка Южной Америки и перешейков Централь­ной Америки. Открытие всей континентальной Америки представ­ляло длительный процесс, затянувшийся почти на два века, и в общих чертах завершенный российскими мореплавателями А. Чириковым и В. Берингом.
Свое название — Америка — новый материк получил по имени другого итальянца, «коварного флорентийца», как называл его Колумб, Америго Матео Веспуччи (1454 — 1512). Он был другом Колумба. Америго совершил свое первое заграничное путешествие в юном возрасте, он был взят дядей-дипломатом в Париж. В даль­нейшем, работая в банке Медичи, он неоднократно ездил в Испа­нию и Португалию. По свидетельству самого Америго, он совершил несколько путешествий в Новый Свет в составе португальских экс­педиций, детально обследовав восточные берега Южной Америки.
Мировая слава пришла к нему благодаря двум письмам, напи­санным в 1503 и 1504 гг. Эти письма были не просто опубликова­ны, но переведены на многие европейские языки. Отметим, что, по соображениям секретности, дневниковые записи Христофора Колумба о его плаваниях не публиковались. Письма Америго были написаны живым языком, в них красочно впервые описывались открытые земли, их животный и растительный мир, а также жизнь местных жителей. В письме 1503 г. он заявил: «Страны эти следует назвать Новым Светом. Большинство древних авторов говорит, что к югу от экватора нет материка, а есть только море, и если некоторые из них и признавали существование там материка, то они не считали его обитаемым. Но мое последнее путешествие доказало, что такое их мнение ошибочно и совершенно противно фактам, так как в южных областях я нашел материк, более плот­но населенный людьми и животными, чем наша Европа, Азия или Африка, и, кроме того, климат более умеренный и прият­ный, чем в какой-либо из известных нам стран».
Название нового материка возникло с легкой руки Мартина Вачьдземюллера. Он был членом географического кружка, воз­никшего в Лотарингии. Выпустив в свет в 1507 г. книгу «Введение в космографию», где, в частности, были помещены и названные два письма Америго в переводе на латынь, он указал, что извест­ные три части света: Азия, Африка и Европа — названы именами женщин. А теперь открыта четвертая. И открыта благодаря Амери­го Веспуччи. Эти рассуждения М. Вальдземюллера надо понимать в переносном смысле, широкая общественность действительно открыла для себя Америку благодаря той информации, которая содержалась в письмах Веспуччи об этих землях. М. Вальдземюллер и предложил назвать эти земли в честь Америго. И вскоре эти территории стали называть обобщенно «Земли Америго», а за­тем, по аналогии с уже существовавшими названиями матери­ков, и просто Америка.
У Колумба было много последователей. Тысячи искателей при­ключений устремились в Новый Свет. К наиболее известным надо отнести следующие путешествия:
Педро Альвареша Кабрала (1467/68 — 1526) в 1500 г. «случайно» открывшего Бразилию на своем пути из Португалии в Индию;
Алонсо де Охеда, трижды совершившего плавания в Америку. Члены его экспедиции были поражены, увидев на одном из по­бережий поселение, где дома стояли в воде на сваях, а «по ули­цам» плавали каноэ. Испанцы назвали это место Маленькой Вене­цией — Венесуэлой, название сохранилось до сих пор. На кораблях Охеда в Новый Свет прибыли Америго Веспуччи и Франсиско Пи-сарро;
братьев Гашпара и Мигеля Кортириалов, открывших Лабра­дор и Ньюфаундленд. 
Но постепенно португальцы стали вытесняться с побережья Северной Америки и близлежащих островов англичанами и фран­цузами.
Известия о плаваниях Васко да Гама, Христофора Колумба, Америго Веспуччи и многих других вызывали в Европе неодолимую тягу к путешествиям и... наживе. Слухи о золоте и серебре, драго­ценных камнях и пряностях, дорогих породах деревьев и богатых городах в далеких странах привели к «золотой лихорадке». Тысячи людей устремляются в далекие путешествия в надежде на быстрое и легкое обогащение.
Но летопись Великих географических открытий — это и обви­нительный акт против нарождающейся индустриальной цивилизации европейцев. Она развивалась за счет ограбления вновь открытых территорий, возрождения института рабства, а нередко и счет уничтожения местного населения, «осмелившегося» противостоять новым порядкам. Примером может служить почти полное уничтожение населения Антильских островов за тридцатилетний период, прошедший между плаваниями Колумба и Магелла­на. Именно здесь был устроен полигон, где «отрабатывались» но­вые приемы колонизации, которые были впоследствии распространены испанцами и португальцами на необозримые простран­ства Южной и Мезоамерики.
Но открытия и завоевания велись столь быстро, что испанцы и португальцы, двигаясь в противоположных направлениях, уже в начале 20-х гг. XVI в. столкнулись на островах Тихого океана. Пор­тугальцы в 1505— 1510 гг. создают опорные базы в Индии.
 

             Эпоха Великих географических открытий, результатом кото­рой явилось образование единого мирового экономического про­странства и возникновение предпосылок для создания единой мировой цивилизации, имела ряд объективных причин.

Развившаяся во время крестовых походов восточно-средизем­номорская торговля получила к концу Средневековья характер постоянных торговых связей. Различные восточные товары все более входили в употребление высших и средних классов Западной Ев­ропы. Купечество городов Южной Италии, Южной Франции и Восточной Испании составило на торговле с Востоком огромные состояния. Но со второй половины XV в. средиземноморская тор­говля вошла в полосу кризиса. Необходимо было искать новые пути на Восток. Причинами начавшихся поисков этих путей, ко­торые и привели к Великим географическим открытиям, были:
– обилие посредников в торговле между Европой и Азией: ара­бы, византийцы и др.;
– недоступность отдаленных восточных рынков для большинства купцов западноевропейских стран;
– крайняя опасность, а иногда и просто невозможность торгов­ли через Восточное Средиземноморье из-за турецких завоеваний: грабежи, пиратство, произвольные поборы с торговых судов и караванов;
– полная монополизация арабами единственно возможного тор­гового пути из Европы в Индию, не захваченного турками, через Египет и Красное море.
 
Кроме того, развивавшееся товарное производство Европы требовало большего количества драгоценных металлов. Но их добыча в Европе прогрессировала слабо. Торговый баланс с Востоком складывался не в пользу Европы. За экзотические восточные това­ры приходилось платить золотом и серебром. Стоимость европей­ских товаров: олова, сукна, меди, продуктов сельского хозяйства — была ниже восточных. «Проблема золота» превращалась в ост­рую экономическую проблему.
Великие географические открытия были подготовлены эконо­мическим развитием западноевропейского общества. Появился новый тип судов — каравелла. Эти корабли могли ходить под па­русами и против ветра, кроме того, имея небольшие размеры, они вместе с тем были очень вместительны. Европейцами был изобретен компас. Появилась астролябия, благодаря которой можно было установить широту местонахождения судна. Совершенствовалось огнестрельное оружие. Возник способ сохранения мяса путем засолки — солонина, что давало возможность морякам не за­меть от торговли, совершая длительные плавания.
Мореплаватели, купцы, политики и ученые той эпохи базиро­вались на концепции Единого мирового океана. Понятие Миро­вого океана было известно еще Гомеру. В глубокой древности существовала идея о возможности попасть из Европы в Азию запад­ным путем. Гекатей Милетский на рубеже VI—V вв. до н. э. и Геро­дот веком позже развивали именно эти взгляды. Аристотель также разделял эту точку зрения: «Не такую уж невероятную мысль вы­сказывают те, — писал он, — кто предполагает области... лежащие близ Геракловых столбов... сообщающиеся с областями, лежащи­ми близ Индии... Защитники этого взгляда приводят в доказатель­ство тот факт, что такой вид животных, как слоны, встречается в обеих названных оконечностях земли и, таким образом, страна Стол­бов Геракла связана со странами Индии, и между ними лежит только одно море». Об этом писал Страбон со ссылками на Эратосфена, который считал вполне реальным попасть морским путем с Пиренейского полуострова в Индию. «Если бы обширность Атлантического моря не устрашала нас, то можно было бы переплыть из Иберии в Индию по кругу и при попутном ветре достичь (страны) индийцев». Кругом здесь названа широта Афин. Но между ан­тичной и средневековой наукой не было глухой стены, а существо­вала определенная преемственность. Кроме того, в Библии о Сотворении Богом мира сказано следующее: «И сказал Бог: да собе­рется вода, которая под небом, в одно место». В Священном писании, таким образом, говорится лишь об одном и единственном «собрании вод», а не о многих океанах и морях. Идея Мирового оке­ана становится освященной и церковной традицией, став частью Церковного мировоззрения, что еще в IV в. в своих трудах развивал теолог Амбросий Медиоланский. Арабоязычные ученые Масуди (X в.), Бируни (X—XI вв.), Идриси (XII в.) также соглашались с идеей Мирового океана.
Роджер Бэкон и Альберт Великий — одни из самых разносто­ронних ученых европейского Средневековья — считали, что воз­можно плавание в западном направлении из Европы в Азию. И, на­конец, в XV в. вышел компилятивный труд кардинала Пьера д"Альи талиасиуса) Imago mundi — «Картина мира», в котором были обобщены многие взгляды его предшественников по этому вопросу и который стал настольной книгой для многих путешествен­ников, включая Христофора Колумба.
Развивалась картография. На карте флорентийского картографа Паоло Тосканелли в конце XV в. Атлантический океан был изображен омывающим с одной стороны Европу, а с другой — Японию и Китай. Картограф писал: «Я знаю, что существование такого пути может быть доказано на том основании, что Земля — шар.». Немецкий купец и астроном Мартин Бегайм передал в дар городу Нюрнбергу глобус.
Первой европейской страной, активно приступившей к дале­ким путешествиям и открытию новых земель, была Португалия. После того как Португалии удалось отделиться от Испании и опре­делились к середине XIII в. ее границы, которые существуют и до сих пор, она вдруг оказалась совершенно отрезанной и изолированной от Европы.
Покровительство морским путешествиям в этой стране ока­зывало само правительство, так как необходимо было сделать прорыв с периферии мировой экономической жизни. Наиболее выдающейся фигурой был принц Генрих Мореплаватель. Благода­ря ему был построен большой флот, в Сагрише в 1438 г. организо­вана мореходная школа, а также создана обсерватория, в которой обучали навигаторов ориентироваться в океане по звездам. В этом же городе он разместил и свою богатейшую коллекцию карт и книг.
Молодой принц сыграл важную роль в военной операции в 1415 г., в результате которой у арабов (мавров) была отбита Сеута. Это дало возможность португальцам проникнуть в Марокко. Ген­рих Мореплаватель собирал данные о Внутренней Африке. Боль­ше всего его интересовал вопрос о караванной торговле, благода­ря которой золото с Гвинейского берега переправлялось в средиземноморские арабские города. Необходимо было добраться до побережья Гвинеи, чтобы золото стало поступать в Лиссабон.
Очень трудно было преодолеть нежелание матросов отправляться в южные моря. Это объяснялось не столько боязнью сложностей, сколько картиной мира, описанной еще в античные времена уче­ным Птолемеем. Им в труде «География» вся суша была поделена на пять зон. На севере и юге были две зоны, где все было покрыто льдами, жизнь там была невозможна. Далее следовали две уме­ренные зоны, где и была сконцентрирована деятельность людей. Но чем ближе к экватору, тем теплее, следовательно, там находилась последняя зона, где было так жарко, что вода в океане, окружавшем ее, кипела. Естественно, матросы не хотели сварить­ся заживо и всячески саботировали попытки отправить их в юж­ные моря. Но все же это сопротивление удалось сломить.
Инфант Энрикеш (Генрих Мореплаватель) придал плаваниям португальцев религиозную окраску. Он воссоздал рыцарский Ор­ден тамплиеров и возглавил его. Своим сподвижникам он объяс­нил, что необходимо отнять сокровища у неверных — арабских и еврейских купцов — и передать их христианам. Торговля внутри африканского материка находилась в руках еврейских купцов. О караванных путях через оазисы Сахары далеко на юг сообща­лось в картах, составленных евреями Майорки, откуда выходили лучшие картографы той эпохи. Некоторые из этих карт восходят к последней четверти XIV в.
Нa всех кораблях, снаряженных Генрихом, были священники для обращения африканских язычников в христианство. Капитаны кораблей тщательно вели судовые журналы и в мельчайших подробностях должны были картографировать незнакомую мест­ность. Принц боялся, что по небрежности они могут пропустить пеку в Африке, которая ведет в «царство пресвитера Иоанна», основавшего уже Царство Божие на земле. Легенда об этом цар­стве была очень живуча в средние века, и это «царство» продол­жали разыскивать вплоть до XVIII в. многие путешественники в самых разных неизведанных частях земного шара.
В начале XV в. португальцы пересекли Гибралтарский пролив и исследовали Западное побережье Африки, к середине века ими был открыт Зеленый мыс. С этого времени Португалия стала по­ставлять на мировые рынки рабов-негров, и началась эра колони­зации этого материка. Работорговля была одобрена не только Ген­рихом, который видел в этом возможность обращать язычников в лоно христианской церкви, но и папой римским Евгением IV, который по просьбе Генриха пожаловал португальцам все вар­варские народы, которые впредь ими будут открыты. В дальней­шем первосвященники римско-католической церкви подтверждали это пожалование.
На португальских кораблях плавали и иностранцы. Одним из искателей приключений был итальянский купец Альвизе Када-мосто, оставивший мемуары, в которых он описал африканских жителей, их быт и обычаи.
В 60-х гг. XV в. португальцы пересекли экватор. На картах стали появляться названия Перечный берег, Невольничий берег, берег Слоновой кости, говорящие сами за себя. В 1471 г. португальцы достигли Гвинеи, где в пункте, названном Золотым берегом, ими была построена военная фактория. Дальние путешествия продол­жали приносить прибыль.
В 1487 г. Вдоль берегов Африки была отправлена экспедиция под руководством одного из лучших моряков Европы Бартоломеу Диаса (Диаша). Нет прямых доказательств того, что главной це­лью этой маленькой флотилии, состоящей из двух небольших судовв, которые были столь неустойчивы, что на них невозможно было даже установить тяжелые пушки, было достижение Индии. Вероятно, основной их задачей был сбор разведывательных дан­ных. В 1488 г. их корабли достигли южной оконечности Африки, названной Бартоломео Диасом мысом Бурь, но переименованным португальским королем Жоаном II в мыс Доброй Надежды. Это плавание укрепляло надежду на то, что из Атлантического океана можно попасть в Индийский, обогнув Африку с юга.
Генрих Мореплаватель, «который сам никогда по морю не пла­вал», как про него говорили злые языки, тем не менее, сделал для исследования планеты больше, чем многие путешественники. Он был инициатором систематических исследовательских экспеди­ций, главной целью которых было открытие морского пути в Ин­дию. В год смерти Генриха Мореплавателя (1460) родился Васко да Гама, который и совершил впоследствии это путешествие.
Первая экспедиция, которая решила отправиться по новому маршруту из Португалии в Индию, вышла из гавани Лиссабона летом 1497 г. Небольшую флотилию из 4 кораблей возглавлял Васко да Гама. После того как суда португальцев прошли Мадагаскар, они оказались на бойкой торговой дороге между Африкой и Ин­дией. Общепринятым торговым языком здесь был арабский. В Мелинди они даже наняли штурмана-мавра, который и довел их флотилию до берегов Индостана. Весной 1498 г. мореплаватели достигли западной оконечности Индии, высадившись в городе Каликуте, как его тогда называли европейцы (в Средневековье город прославился производством миткаля, или калико, откуда и пошло название города). Португальцев восприняли в Каликуте как торговых конкурентов. И они с трудом получили возможность тор­говать в другом индийском городе — Каннаноре.
Более чем через два года, потеряв от трудностей и лишений половину команды, Васко да Гама вернулся в Португалию с гру­зом золота и пряностей (рис. 2.4). Один только золотой идол, предназначавшийся в подарок королю, весил около 30 кг, имел изум­рудные глаза, а на груди у него были рубины величиной с грец­кий орех. Открытие пути в Индию имело столь большое значение, что португальский король Мануэл I принял по этому поводу про­звище «Счастливый» и титул «Повелителя завоевания, морепла­вания и торговли Эфиопии, Аравии, Персии и Индии». А выдаю­щийся поэт Луис Камоэнс посвятил путешествию Васко да Гама поэму «Лузиады» (1572), подражая классическим «Одиссее» и «Энеиде». Свою поэму Луис Камоэнс начал следующими словами: «Я хочу воспеть знаменитых героев, которые с португальских берегов отправились по неведомым морям по ту сторону земли... непоколебимых воинов, которые, совершив неслыханные подви­ги, основали новую империю, слава о которой прогремела до небес».
Португальцы стремились к захвату не столько обширных терри­торий, сколько стратегически важных пунктов, дававших им воз­можность контролировать торговые пути. Такими опорными пунк­тами стали: Аден у выхода из Красного моря в Индийский океан. Ормуз в Персидском заливе. Тем самым они полностью перекрыли старые торговые пути из Александрии в Индию через Красное море, а также из Сирии в Индию через Месопотамию. В Индии столицей, где проживали португальские вице-короли, стал город Гоа. Захва­тив в начале XVI в. Зондский архипелаг, проникнув в Индокитай (Малакка) и на острова Индонезии, а затем и в Южную Америку, португальцы создали обширную империю. Главным торговым цен­тром Европы стал Лиссабон, а итальянские города Венеция, Генуя и др. постепенно приходили в упадок.

 

В то время как португальцы продвигались вдоль западных берегов Африки к Индии, в соседней Испании воспользовались дру­гим вариантом маршрута в ту же Индию.
Заокеанская экспансия осуществлялась в интересах как ко­ролевской власти, католической церкви, городской буржуазии, так и самого дворянства. Корона получала колонии; церковь — море язычников, из которых ей предстояло сделать добрых христиан; буржуазия расширяла источники первоначального накопления капитала. А обедневшее мелкопоместное дворянство – идальго, завершившее реконкисту и представлявшее угрозу для внутренней стабильности королевства, получало возможность проявить свою доблесть и приобрести богатство, но за предела­ми государства.
Для начала массовой заокеанской экспансии нужна была раз­ведывательная экспедиция. И генуэзец Христофор Колумб пред­ложил испанской правящей чете Фердинанду и Изабелле проект подобного путешествия в Индию в западном направлении.
Биографические сведения о Колумбе до организации его пер­вой экспедиции крайне скудны, поэтому до настоящего времени ряд существенных моментов в истории его жизни и деятельности вызывает споры и сомнения. Положение осложняется и тем, что первые биографы Колумба: его сын Фернандо и Бартоломео де Лас Касас — сознательно искажали факты, создавая ложные версии биографии Колумба, руководствуясь личными мотивами. При этом, как полагают, они изъяли ряд документов из семейного архива Колумбов, которые, с их точки зрения, могли повредить репутации «адмирала моря-океана».
Установлено, что Христофор Колумб родился в 1451 г. в Генуе в семье небогатого ткача. Христофор также стал ремесленником и со­стоял в генуэзском цехе ткачей. Неизвестно, какое образование по­лучил Колумб и обучался ли он вообще. Возможно, он был гениаль­ным самоучкой. Но читал он, по крайней мере, на четырех языках (итальянском, латинском, испанском и португальском). Он очень внимательно изучил книгу кардинала Пьера д"Альи (Аллиасиуса) «Картина мира», в которой автор, опираясь на труды Роджера Бэкона, излагал идею о шарообразности Земли.
В начале 70-х гг. XV в. Колумб начинает участвовать в морских торговых путешествиях генуэзских купцов. Это были плавания на острова Эгейского моря, в Португалию, возможно, он побывал также в Англии, Ирландии и даже в Исландии, в Гвинее. Он пе­реезжает в интересах бизнеса в Португалию, подолгу живет на Мадейре. Нет никаких прямых документальных доказательств, кроме заявлений самого Колумба, что он совершал какие-либо дальние плавания до его первого похода через Атлантику. Но он в этом путешествии проявил себя как очень опытный моряк, соче­тая качества капитана, лоцмана и астронома. Он не только осво­ил искусство кораблевождения своего времени, но и поднял его на более высокий уровень.
Хотя до конца и неясна история возникновения проекта за­океанского плавания, но очевидно, что Колумбу были известны наиболее распространенные труды по космографии того време­ни, основывавшиеся как на сведениях античных авторов, так и на картах арабских купцов, торговавших с Индией и Китаем. Су­ществует версия, что флорентийский ученый Тосканелли лично послал Колумбу письмо, в котором была карта, где указывалось, что Чипангу и Катай (Япония и Китай) находятся всего лишь в 5000 морских миль от берегов Португалии.
Португальский король Жоан II и «Математическая Хунта», в ко­торой состояли наиболее выдающиеся ученые астрономы и математики Португалии, рассматривавшие все дела, связанные с утверж­дением проектов заморских предприятий, отклонили проект гену­эзца, предлагавшего «открыть остров Чипангу через Западный оке­ан». Колумб перебирается в Испанию. Здесь судьба его сводит с очень влиятельным духовным лицом, «кустодием» («хранителем») Фран­цисканского ордена севильской провинции, Антонио Мораченой, который совместно с другим влиятельным францисканцем, Хуаном Пересом, окажет ему поддержку при испанском дворе.
Сначала Колумб предлагает свой план знатнейшим и богатым испанским грандам герцогу Медина Сидония и герцогу Медина-сели, но получает по разным причинам отказ от обоих. Он вновь обращается к португальскому королю в 1488 г. и также вновь по­лучает отказ. Брат Колумба не сумел заинтересовать проектом ан­глийский двор, но к нему проявляет неожиданный интерес сест­ра французского короля Карла VIII, Анна Боже.
В Испании же специальная комиссия, назначенная Изабеллой в 1490 г., отвергла проект Колумба как непродуманный и неубе­дительный «для любого образованного человека, как бы мало он ни был сведущ». Аргументация комиссии была следующая:
«путешествие в Азию потребует три года;
Западный океан беспределен и, возможно, недоступен для плавания;
в том случае, если экспедиция достигнет антиподов, она не сможет вернуться обратно;
на стороне земного шара, противоположной Европе, нет суши, ибо таково мнение блаженного Августина;
из пяти зон земного шара только три обитаемы;
немыслимо, чтобы спустя столько веков после сотворения мира могли бы быть найдены сколько-нибудь значительные и доселе еще неведомые земли». 
Вскоре после освобождения Гранады от мавров проект Колум­ба все же после стольких мытарств был утвержден. В XVII в. даже возникла легенда, что для снаряжения экспедиции Изабелла якобы заложила свои драгоценности. На самом деле известно, что правительство до минимума свело свои затраты на экспедицию. В распоряжение Колумба были предоставлены два корабля — «Пинта» и «Нинья», где капитанами были назначены братья Пинсоны, и с экипажем, который частично был принудительно набран из приговоренных к годичным каторжным работам за оскорб­ление королевского величества, а также пополнен уголовными преступниками. Хотя в нем преобладали, конечно, матросы-добровольцы. Ни одного монаха или священника не было на этих кораблях, что является фактом беспрецедентным для того времени. Но членом экипажа был крещеный еврей — переводчик Луис Торрес, знавший арабский язык, который являлся международным торговым языком и который понимали в «Индиях». Колумб находит спонсоров, помогающих снарядить его третье судно — «Санта Мария», которое, по его же словам, представляло собой «плохое судно, непригодное для открытий».
Экспедиция носила как торгово-разведывательный, так и ко­лонизационно-захватнический характер. Цель путешествия в офи­циальном документе формулировалась специально крайне расплывчато. «Вы, Христофор Колумб, отправляетесь по нашему повелению для открытия и приобретения некоторых островов и материка в море-океане». Эта формулировка объяснима. В офици­альных документах испанских королей нельзя было упоминать о Южной и Восточной Азии, объединяемых в Средневековье об­щим понятием «Индии». Ибо эти земли, согласно папскому пожалованию, подтвержденному и испанской стороной в 1479 г., должны были принадлежать Португалии. Также только Португа­лии было предоставлено право на открытие новых земель к югу от Канарских островов. Поэтому Колумб сразу за Канарами взял курс строго на запад, но не на юг.
Безусловно, самим Колумбом кроме жажды открытий и при­ключений владел и чисто прагматический интерес. Со временем он об этом открыто заявит в письме, посланном королевской чете с Ямайки: «Золото — это совершенство. Золото создает сокрови­ща, и тот, кто владеет им, может совершить все, что пожелает, и способен даже вводить человеческие души в рай». Путеше­ствие началось 3 августа 1492 г. До Канарских островов никаких значительных происшествий не было. Но потом по мере удаления от родины тревога среди членов экипажей кораблей стала нарас­тать. Капитанам было приказано занижать пройденное за день расстояние, «чтобы не наводить на людей страх». В середине сентября корабли вошли в Саргассово море, вокруг кораблей было много пучков «очень зеленой травы и, казалось, трава эта лишь недавно была оторвана от земли». И хотя маленькая флотилия почти три недели продвигалась на запад, но земли все не было видно, а лот, который бросали для измерения глубины, не достигал дна.
Колумб, опасаясь мятежа, вынужден был поменять курс, до этого он плыл строго на запад. Плавание продолжалось. 11 ок­тября стали проявляться признаки близкой земли. Колумб объявляет о награде: ежегодной пенсии, тому, кто первый увидит землю. На рассвете 12 октября 1492 г. Родриго де Триана, матрос с «Пин­ты» уведомил всех, что показалась земля. (Правда, Колумб, объя­вил позднее, что видел уже накануне вечером блуждающие огни на суше, и отобрал награду у матроса.) Это был один из Багам­ских островов в Карибском море, который был назван Сан-Саль­вадором.
Вскоре были обнаружены и такие крупные острова как Куба и Гаити. Куба у Колумба ассоциировалась с Китаем. На островах европейцы наблюдали необычный для них быт, а также        множество незнакомых животных и растений. Несколько позже Старый Свет узнал о кукурузе (маисе), картофеле, томатах, табаке и многих фруктах.
«Санта-Мария» села на мель, поэтому в Испанию возврати­лись два корабля — «Нинья» и «Пинта». Колумб хотел оставаться монополистом нового пути в Индии, поэтому он умышленно да­вал искаженные данные в корабельных журналах и на обратном пути (рис. 2.5).
Открытые новые земли взволновали умы всей Европы, но осо­бенно были обеспокоены португальцы. Назревал вооруженный конфликт между двумя странами.
В 1494 г. в городе Тордесильясе был подписан договор, по кото­рому была проведена черта от полюса до полюса, проходящая в 2053 км к западу от островов Зеленого мыса, так называемый «пап­ский меридиан». Все вновь открытые земли к западу от этой грани­цы становились колониальными владениями испанцев, а к восто­ку — португальцев. Но так как этот раздел касался только Западного полушария, то интересы этих двух стран позже опять столкнулись на Молуккских островах. Тогда и в Восточном полушарии, по Сарагосскому договору 1529 г., была создана аналогичная граница.
Колумб четыре раза плавал к берегам открытой им земли, его экспедиции исследовали восточную часть побережья Южной Аме­рики, но он был убежден, что эта земля — часть азиатского мате­рика, «Индии». Почему и местное население стали называть — ин­дейцами. Но в новой «Западной Индии» (Вест-Индии) было мало городов, и цивилизация оказалась очень слабо развитой, в отли­чие от богатой «Восточной Индии» (Ост-Индии), хорошо известной европейцам. Найденное у туземцев золото и серебро посту­пало в королевскую казну совсем не в том количестве, как ожида­лось. Колумб впал в немилость у королевского двора. В 1506 г. он умер в нищете и полном забвении.

 

Самое долгое путешествие, продолжавшееся почти 400 лет началось после его смерти. Прах Колумба из города Вальядолида, где он скончался, сначала перевезли в Севилью, затем, в середине XVI в. на Гаити в Сан-Доминго. В 1792 г., когда Испания вынуждена была уступить часть острова Франции, останки адмирала были до­ставлены в Гавану. Во время испано-американской войны в 1898 — 1899 г. Испания потеряла Кубу, и было принято решение, что прах Колумба должен покоиться в Испании, его снова перевезли в Се­вилью, где он и покоится ныне в кафедральном соборе.
Христофор Колумб сумел не только открыть новую часть света, но и все важнейшие острова в Карибском море. Он положил нача­ло открытию материка Южной Америки и перешейков Централь­ной Америки. Открытие всей континентальной Америки представ­ляло длительный процесс, затянувшийся почти на два века, и в общих чертах завершенный российскими мореплавателями А. Чириковым и В. Берингом.
Свое название — Америка — новый материк получил по имени другого итальянца, «коварного флорентийца», как называл его Колумб, Америго Матео Веспуччи (1454 — 1512). Он был другом Колумба. Америго совершил свое первое заграничное путешествие в юном возрасте, он был взят дядей-дипломатом в Париж. В даль­нейшем, работая в банке Медичи, он неоднократно ездил в Испа­нию и Португалию. По свидетельству самого Америго, он совершил несколько путешествий в Новый Свет в составе португальских экс­педиций, детально обследовав восточные берега Южной Америки.
 
Мировая слава пришла к нему благодаря двум письмам, напи¬санным в 1503 и 1504 гг. Эти письма были не просто опубликова¬ны, но переведены на многие европейские языки. Отметим, что, по соображениям секретности, дневниковые записи Христофора Колумба о его плаваниях не публиковались. Письма Америго были написаны живым языком, в них красочно впервые описывались открытые земли, их животный и растительный мир, а также жизнь местных жителей. В письме 1503 г. он заявил: «Страны эти следует назвать Новым Светом. Большинство древних авторов говорит, что к югу от экватора нет материка, а есть только море, и если некоторые из них и признавали существование там материка, то они не считали его обитаемым. Но мое последнее путешествие доказало, что такое





 
2007 — 2016 Туризм