Новости в мире туризма

10 июля Никитин в Бидаре »
10 июля Никитин »
10 июля Конти »
Все новости 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14




Туристско-экскурсионное дело в СССР ч.1

 

Туристско-экскурсионной деятельности Советская власть буквально с первых месяцев своего существования начинает уделять самое пристальное внимание, понимая, что это — одна из возможностей влияния на массы. По инициативе наркома просвещения А.В.Луначарского уже в начале 1918 г. Создаются курсы для учителей в пригороде Петрограда. Повышают квалификацию педагогов основательно, используя при этом и такой вид обучения, как эк­скурсии. Но от эпизодических экскурсий быстро переходят к началу формирования организации, которая могла бы координиро­вать этот процесс.

Один из основоположников теории советского туризма В.П.Ан­тонов-Саратовский следующим образом характеризовал «отличия» буржуазного и советского туризма. «Круглый год разного калибра европейские и американские буржуа в погоне за сменой «ярких» впечатлений, за экзотикой и авантюрой совершают в условиях богатейшего комфорта увеселительные путешествия по различ­ным странам света. Это — так называемый туризм... Забава, попытка уйти от нудной скуки паразитической жизни — вот основ­ной стержень этих буржуазных путешествий, этого буржуазного туризма». В то время как «советский туризм, составляя часть культурной работы, является глубоко политическим явлением — это новая форма классовой борьбы и в то же время — социали­стического строительства».

В 1919 г. при Отделе единой трудовой школы Наркомпроса со­здаются экскурсионные секции. Они планировались для организа­ции экскурсионного дела в школах. Первые шесть секций, расположенные в окрестностях Петрограда, разработав специальные маршруты, начали свою работу в том же году. Насколько серьезно отнеслись к этому виду воспитания и обучения большевики, вид­но из того, что в состав естественно-исторической комиссии, разрабатывавшей тематику экскурсий, вошли такие видные уче­ные, как академик С.Ф.Ольденбург, профессоры Д.Н.Кайгородов, Л.С.Берг и другие деятели науки.

Для тех детей, которые прибывали на экскурсии, предлагалось бесплатное питание (и это в условиях Гражданской войны и ино­странной военной интервенции!). Школьников, которые прибы­вали для многодневных походов, устраивали на ночлег. Им для проезда по железной дороге выдавались специальные льготные проездные билеты.

 

Постепенно началась дифференциация в направлениях работы со школьниками. Кроме Центральной станции, возникшей в 1920 г., было три опорных центра: в Петергофе, Павловске и Дет­ском (Царском) селе. Гуманитарные станции проводили экскур­сии в музеях и усадьбах; геологические старались использовать обнажившиеся выходы пород кембрийского, силурийского, де­вонского периодов; географические располагались в местах с раз­личным ландшафтом. Это позволяло ознакомить школьников с лесным ландшафтом, как, например, в Павловске, или изучать в Сестрорецке приморский район.

Для того чтобы экскурсии проводились на высоком научном уровне были открыты курсы для экскурсоводов. Причем для чтения лекций на них привлекались такие фигуры, как, например, директор Эрмитажа С. Н. Тройницкий.

Председатель Главполитпросвета Н.К.Крупская высоко оце­нила универсальные возможности экскурсионного дела. «Экскур­сии могут носить, — писала она, — самый разнообразный харак­тер: естественноисторический, исторический, эстетический, археологический — могут иметь целью изучение экономики, об­щественной жизни и т.д. Насколько разнообразны явления, на­столько же могут быть разнообразны и экскурсии, имеющие це­лью изучение этих явлений».

О размахе этого явления в начале 1920-х гг. можно судить по следующим данным: в 1920 г. количество экскурсий составляло 46 тыс. (число экскурсантов — 138 тыс.), а в 1921 г. — 53 тыс. (число экскурсантов — 161 тыс.).

В 1920 г. в Москве создается Экскурсионное бюро при Нарко­мате просвещения РСФСР. Три комиссии (естественно-научная, гуманитарная и техническая) пытаются на научной основе разрабатывать планы и программы предстоящих походов и экскурсий. На курсы экскурсоводов предпочитают принимать в качестве слу­шателей учителей.

В «Дом экскурсанта» — так стала называться одна из станций в Петрограде — приезжали со всей страны; в числе зарегистрировав­шихся были туристы с Дальнего Востока, Кольского полуострова, из Сибири, Астрахани и т.д. Здесь была подобрана хорошая биб­лиотека.

 

С 1921 г. начинают проводиться конференции по проблемам экскурсоводческого дела. Конференции с самого начала носили не локальный, а общероссийский характер. На них действовали две секции по естественно-научным и гуманитарным вопросам. Это было не случайно, так как экскурсии и походы должны были нести, кроме общепознавательной и образовательной, также и иде­ологическую нагрузку. Разрабатывалась историко-революционная тематика согласно ленинскому Декрету 1918 г. о монументальной пропаганде, а также уточнялись списки предприятий народного хозяйства, где можно было убедиться в «превосходстве социалистических методов хозяйствования». В Москве были созданы Центральный музейно-экскурсионный институт и экскурсионный от­дел в Институте методов внешкольной работы, а в Петрограде соответственно Научно-исследовательский экскурсионный инсти­тут. Сотрудники этих учреждений занимались обобщением опыта работы в туристской сфере, читали различные циклы лекций и подготавливали конференции и съезды как по теоретическим, так и по практическим вопросам, связанным с туризмом.

С середины 1920-х гг. на страницах «Комсомольской правды» стали появляться статьи, настойчиво призывающие молодежь за­няться туризмом. В декабре 1926 г. Московским комитетом комсо­мола совместно с «Комсомольской правдой» и МГСПС была орга­низована первая массовая экскурсия, в ней приняло участие около 300 человек. Это было рекламно-пропагандистское мероприятие в рамках ГОЭЛРО. Его целью было ознакомление молодежи со стро­ительством Волховской гидроэлектростанции. Один из участни­ков поездки вспоминал, что «был выделен специальный поезд из обычных плацкартных вагонов. Туристы занимали все полки, вклю­чая и те, которые предназначались для багажа. Состав не отапли­вался, электрического освещения в нем не было (в фонарях над дверями тускло горели стеариновые свечи), постельных принад­лежностей тоже не было. Несмотря на убогость дорожной обста­новки, в которой предстояло провести четыре ночи, в вагонах было весело и шумно. Молодежь шутила, слышались бодрые рево­люционные песни». Путешествие, бывшее антиподом буржуазно­го «богатейшего комфорта», тем не менее, произвело прекрасное впечатление на комсомольцев. «На обратном пути многие его уча­стники высказывали твердую решимость отправиться в тури­стические поездки во время отпуска».

Комсомол стремится захватить бразды правления туризмом в свои руки. Поэтому по горячим следам после поездки на Волхов-строй появляется в печатном органе ЦК ВЛКСМ статья Г. Бернама «Нужно общество пролетарских туристов». Причем самодея­тельные туристские организации не должны формироваться в рамках профсоюзов или просветительских организаций, но «само собой разумеется, должны быть руководимы партией и комсомо­лом», говорилось в статье. В ходе развернувшейся компании было выяснено, что «туризм — дело живое и нужное». И в середине января созывается Совещание по организации массового туризма в СССР. Круг вопросов, обсуждаемых на Совещании, был доста­точно широк, что говорит о понимании в среде партийных и ком­сомольских функционеров важности и значимости туризма как одного из средств идеологического воздействия на массы. Затра­гивались не только шаблонные проблемы, такие как «основные задачи массового пролетарского туризма» и «изучение опыта по туристической работе рабочей, учащейся и крестьянской молоде­жи», но и пытались учесть «опыт пролетарского туризма за грани­цей», а также разобраться, «какие виды туризма наиболее инте­ресны молодежи».

Все вышеперечисленные мероприятия привели к созданию в конце января 1927 г. Бюро туризма при МК комсомола, а на сле­дующий год Бюро туризма создается уже при ЦК ВЛКСМ, приоб­ретая общесоюзный статус.

Главной задачей деятельности новорожденной организации провозглашалось «развитие массового туризма среди молодежи». Комсомол начинал не с чистого листа, в основу работы Бюро был положен опыт РОТ, чья деятельность возобновилась в первые годы  нэпа. К 1929 г. РОТ превращается в руководящий центр туризма в стране. Возникают десятки его отделений в других горо­дах. Наблюдается огромный рост турячеек на заводах, армейских подразделениях и клубах. Этому, безусловно, способствовал ло­зунг: «Каждый турист должен за год привлечь в ячейку не менее 10 товарищей».

Но уже в 1929 г. РОТ переименовывается в Общество пролетар­ского туризма РСФСР — ОПТ. Председателем его избирается Н.В.Крыленко (Николай Васильевич Крыленко (1885— 1938) был профессиональным революционером. Он имел прекрасное обра­зование: окончил в 1914 г. историко-филологический факультет Петербургского университета. Был прапорщиком на фронтах Первой мировой войны. Активный участник Октябрьской революции. В первом составе Советского правительства занимал пост наркома по военным и морским делам. В 1920-х гг. был государственным обвинителем на главнейших политических процессах. С 1929 по 1934 г. возглавлял ОПТЭ, был участником и руководителем науч­ной экспедиции на Памир. С 1929 г. — руководитель шахматно-шашечной секцией, инициатор международных шахматных турниров 1925—1936 гг. С 1931 г. — нарком юстиции. После появившейся в 1938 г. статьи А.А.Жданова, обвинявшего Крыленко в пренебре­жении прямыми государственными обязанностями и в чрезмер­ном увлечении горными восхождениями, он был снят с работы, осужден и расстрелян как враг народа. Посмертно реабилитиро­ван). В Уставе ОПТ говорилось, что главными целями общества является «распространение среди трудящихся идей организован­ного туризма». Оно также должно «способствовать повышению культурного уровня, обеспечивать культурное использование трудового отдыха», «способствовать живому общению между народа­ми СССР, воспитывать художественные навыки и любовь к приро­де, закалять здоровье и характер», кроме того, необходимым явля­ется и «содействие обороне СССР путем военизации туризма».

Проведенные организационные мероприятия привели к тому, что численный состав ОПТ за год работы вырос в 100 (!) раз и составил 50000 членов. Деятельность ОПТ распространилась по всему СССР. Его отделения появились от Петрозаводска до Владивостока и Сахалина. Разрабатывались новые маршруты, в частности речные круизы по Амуру и путешествия по Байкалу. Налаживался выпуск специальной литературы. С 1929 г. стал выхо­дить журнал «На суше и на море». Во всех газетах, включая мест­ную прессу, появляется «уголок», где освещаются вопросы туриз­ма. Во многих фабрично-заводских и учрежденческих стенных газетах также отводилось специальное место для пропаганды ту­ризма. Для более эффективной работы по агитации и пропаганде туризма предлагались следующие направления и темы для жур­нальных и газетных статей:

«а) статьи, увязывающие туризм с текущими задачами партии и государства;

б)  статьи, разоблачающие всевозможные извращения нашего туризма;

в)  статьи, посвященные проблемам туризма (программные вопросы, методология, плановость и т.п.);

г)  статьи по тем научным отраслям, которые так или иначе связаны с туризмом (по географии, геологии, этнографии, эко­номике и т.д.);

д)  статьи, посвященные описанию маршрутов и путешествий, в том числе научных экспедиций;

е)  статьи по вопросам снаряжения;

ж)  литературно-художественные произведения туристского характера (романы, повести, рассказы, стихотворения и т.п.);

з)  статьи и заметки о заграничном туризме;

и) хроника туристского движения в СССР и добровольного общества;

к) туристский юмор;

л) различные справочные сведения».

 

Начинает выходить серия брошюр под названием «Библиотека пролетарского туриста». Для поддержки туристской печати не ог­раничиваются лозунгами «Турист, поддерживай свою печать» и «Нет туриста без туристского журнала», но проводится массовая принудительная подписка на туристскую литературу. Иные требо­вания теперь предъявляются и к путеводителям, которые отныне должны быть не «рассчитаны на квалифицированную буржуазную интеллигенцию», а выпускаться «для пользования широких тру­довых масс». Они должны быть маршрутными путеводителями, и сведения, содержащиеся в них, должны «в популярной, а не вульгаризированной форме» излагать факты и комментировать карту маршрута. Первые путеводители, удовлетворявшие подобным тре­бованиям, стали появляться с середины 20-х гг. XX в. Но в путево­дителях, кроме обязательных, «наиболее важных сведений по ис­тории национальной борьбы, из истории революций в частно­сти, и в особенности из революций 1905 — 1907 гг., Февральской и Октябрьской, последующих лет Гражданской войны и из исто­рии партии; сведения о революционных памятниках и музеях»; разного рода краеведческой и естественно-научной информации, уделяется должное внимание и национальному вопросу. Необхо­димыми считаются и разделы о том, «что нужно знать из быта, чтобы не обидеть, не задеть национального чувства и не попасть вообще в неловкое положение». Обязательно указывались в путеводителях цены на различные виды транспорта, которые могут быть использованы на данном маршруте. Издательский план лите­ратуры по туризму на 1930 г. состоял из 155 наименований.

ОПТ стало выпускать туристский специнвентарь, который до этого импортировался. Открылся магазин «Турист», где можно было купить необходимые в походе вещи.

 

Появляется такая агитационно-пропагандистская форма, как Вечера туризма. Отнюдь не все они были заорганизованы. Конеч­но, такой вечер традиционно начинался с политического докла­да, за которым следовал содоклад по туристским вопросам. Иног­да показывали диапозитивы или фильмы, иллюстрирующие и дополняющие основные тезисы доклада. Но чаще показывали самостоятельно сделанные диаграммы, рисунки, демонстрировали коллекции, собранные во время походов, зачитывали наиболее интересные места из путевых дневников и пели, правда, еще не самодеятельные туристские песни, а песни революционного содержания, чей репертуар строго проверялся заранее соответству­ющей комиссией.

 

Чтобы правильно понять место пролетарского туризма в жизни советского общества в предвоенный период, надо разобраться с задачами, которые ставили перед собой участники походов.

Во-первых, это пропаганда и разъяснение как социалистиче­ской идеологии, так и практики строительства социализма. «В од­ном "медвежьем углу", — пишет группа туристов политехникума в районное отделение ОПТ, — у нас затеялась с крестьянами длин­ная беседа о международном положении, о колхозном строитель­стве, о пятилетке, индустриализации страны. Вот здесь-то мы и сели. Речи крестьян, глубоко понимаемые ими самими, были пол­ны цитат из речей Сталина, Калинина, Рыкова. Нам приходилось только удивляться и разевать рты. На слова крестьян мы отвечали общими фразами, пересыпанными «социализмом», «коммуниз­мом», «мировой революцией», «строительством»... Нам хочется дать совет всем отправляющимся в путешествие туристам, чтобы они перед отъездом хорошенько подготовили себя к беседам с крестья­нами, больше читали газет, лучше изучали пятилетку и другие ос­новы нашей жизни. Мы предупреждаем всех наших туристов, что интерес к этим вопросам везде огромный. Вас закидают вопроса­ми, цитатами — сумейте ответить и разъяснить. Будьте настоящими пролетарскими туристами».

В рамках идейно-воспитательной работы и согласно программе пролетарского туризма, где говорилось о необходимости разоблаче­ния религии как дурмана, возникает такое направление, которое можно назвать «антипаломничеством». В русле антирелигиозной про­паганды предпринимаются поездки в действующие монастыри с целью «уяснить грандиозную махину по одурачиванию масс, по­смотреть технику обработки забитых крестьян». В этих «антипаломнических» походах и шествиях могло принимать участие от несколь­ких десятков до нескольких сотен туристов одновременно.

Во-вторых, это вопросы туризма и обороны. Турпоходы ис­пользовались для того, чтобы научить будущих бойцов ориенти­роваться на местности, азам альпинизма и лыжного туризма, изу­чению приграничных районов, водному туризму и, наконец, для военно-патриотической работы.

В 1930-е гг. стало очевидно, что мир стоит на пороге новой вой­ны. СССР угрожала война на два фронта: против фашистской Гер­мании и ее сателлитов на западе и против милитаристской Японии на востоке. Красной нитью через многие публикации, касающиеся вопросов туризма, начинает проходить мысль о том, что «успешно воевать можно лишь тогда, когда помимо прочих условий бойцам достаточно хорошо известен район операций». В статье М.Фюрста «Туризм и мировая война 1914/15 гг.» прямо говорилось, что «не­достаточность горных навыков — естественное последствие отсутствия какого бы то ни было альпинизма в области подготовки к войне — приносила народам востока — русским, туркам и др. — самые тяжелые потери, а иногда и полные поражения. В то же вре­мя туристическая подготовка в центральных державах позволяла им успешно бороться в горах с количественно большими силами противника».

Наше государство имело самую протяженную в мире сухопут­ную границу. И туризм, «являясь по преимуществу массовым дви­жением рабоче-крестьянской молодежи, т.е. как раз основной мас­сы будущих защитников Советского Союза, в самой свободной и самой интересной для молодежи форме дает широчайшие возмож­ности для изучения границ». Появляется и соответствующий лозунг: «Массовый туризм к границам!». Конечно, «массовый» ту­ризм в приграничных районах осуществлялся, опираясь на доволь­но жесткие законы и правила во избежание разведывательной дея­тельности под видом туризма.

Туризм стал внедряться и в армию. «Путешествие группы ко­мандиров 51-й дивизии на дунайских каяках из Смоленска в Одес­су, по Днепру и Черному морю; шлюпочный поход командиров смоленского гарнизона от Смоленска до Киева; велосипедный про­бег начсостава киевского гарнизона по маршруту Киев —Жито­мир; пробег командиров Приволжского военного округа по мар­шруту Казань —Свияжск—Чебоксары; 700-километровый поход на лодках начсостава Северокавказского военного округа по Дону и т.д.» Эти факты свидетельствуют о понимании значения туриз­ма армейским командованием в деле воспитания и развития та­ких качеств, необходимых бойцу, как умение ориентироваться на местности, закалка характера, смелость, выносливость, взаимо­выручка.

С начала 1930-х гг. появился такой вид туризма, как военные массовки. В двадцатилетнюю годовщину Кронштадтского мятежа 800 рабочих совершили переход по льду под руководством участ­ников тех дней в крепость Кронштадт. Составлялись и более про­должительные маршруты, например, «По пятам Юденича», рассчитанный на двухнедельный поход.

В 1939 г. была создана добровольная альпинистская организа­ция военно-спортивной направленности. Из членов этой органи­зации в годы Великой Отечественной войны формировались спе­циальные отряды.

В-третьих, большое внимание уделялось практической помощи со стороны туристов развитию народного хозяйства. Туристы часто помогали крестьянам в посевной и уборочной компаниях. Известны случаи, когда во время эпохи массовой коллективиза­ции туристы даже проводили учредительные собрания колхозов.

И наконец, в-четвертых, это научно-исследовательская работа Разрабатывались специальные маршруты, где участники походов проводили учет лесов. Одним из самых значимых массовых мероп­риятий был Всесоюзный исследовательский поход туристов, проходивший под эгидой Академии наук СССР. При активной под­держке академика А.Е.Ферсмана была составлена специальная памятка о способах разведки сырьевых ресурсов. Успех превзошел все ожидания. Туристами были разведаны месторождения фосфо­ритов и горного хрусталя, добыты сведения о массивах кедровых лесов, залежах железной руды и известкового шпата и о многом другом.

 

Туризм приносил ощутимую помощь стране. Конечно, он был не только самоокупаем. При всех льготах и скидках на билеты му­зеи посетило около 1 млн. человек, что подразумевало значительные дотации со стороны государства.

Кроме ОПТ, в 1928 г. возникает экскурсионное государствен­ное акционерное общество «Советский турист», его учредителем был Наркомпрос. Каждый член этого общества являлся держате­лем акций. Каждая акция стоила 1 рубль. Эта цена была доступна любому гражданину, желавшему турировать, как говорили в то время. Но право голоса при решении любого вопроса было только у тех, кто владел не менее чем 100 акциями.

«Советским туристом» было разработано около 30 маршру­тов, которые охватывали фактически всю территорию Советско­го Союза. Были даже разработаны маршруты по Памиру. Учиты­вая, что средняя продолжительность отпуска у большинства рабочих и служащих составляла порядка двух недель, соответ­ственно и подавляющее большинство туров было такой же про­должительности.

Разница в деятельности ОПТ и Совтура заключалась в том, что ОПТ занимался организацией самодеятельных походов, а Совтур обслуживал группы отдыхающих по заранее определенным мар­шрутам, носящим в основном общеобразовательный и краевед­ческий характер.

Совтур, будучи организацией коммерческой, ориентировался на состоятельные слои населения. Строил комфортабельные гос­тиницы и базы отдыха. Но профсоюзы обязали его обслуживать и группы ОПТ на своих базах по льготным тарифам. Для Совтура были созданы неконкурентные условия. И в сложившемся к тому времени в СССР уже тоталитарном государстве возникла единая организация по туризму. Это произошло в марте 1930 г.

Согласно Постановлению Совнаркома Совтур и ОПТ были сли­ты в единую организацию — Всесоюзное добровольное общество пролетарского туризма и экскурсий (ОПТЭ). Во главе его был по­ставлен бывший председатель ОПТ — Н. В. Крыленко. В Уставе вновь созданной организации было подчеркнуто, что «пролетарский туризм для нас, прежде всего, есть один из методов социалисти­ческого строительства».

И хотя еще несколько лет по инерции не могла стихнуть кам­пания по критике релаксационного момента в туризме, что было одной из главных составляющих в деятельности Совтура, но проблемы научно обоснованного отдыха выдвигались на повестку дня.

 

В начале 1930-х гг. было созвано Совещание при участии Наркомздрава, Осоавиахима, Всесоюзного совета по физической куль­туре и спорту, где были разработаны три категории туристских маршрутов в зависимости от возраста туриста и состояния его здо­ровья. Этими нормативами пользовались до конца 1970-х гг.

С середины 1930-х гг. туризм принимает уже всенародный раз­мах, в нем прослеживаются и конкретные социальные сдвиги.

 

Число туристов среди рабочих и колхозников, %                          Год

31.............................................................................................1930

59.............................................................................................1931

61.............................................................................................1936

 

В 1932 г. в Москве открывается туристско-экскурсионный тех­никум, где начинается плановая подготовка кадров для турист­ской индустрии.

Монополистом в области внутреннего туризма в 1936 г. стано­вится ВЦСПС. Распоряжением ЦИК СССР Всесоюзное общество пролетарского туризма и экскурсий (ОПТЭ) ликвидируется, вся его материально-техническая база передается профсоюзам. В си­стеме ВЦСПС создается новая управленческая структура — Тур-стско-экскурсионноеуправление (ТЭУ). За пять лет, к началу Вели­кой Отечественной войны, его материально-техническая база увеличилась в два раза, а предоставление туруслуг — в три раза. Накануне Великой Отечественной войны в СССР функциониро­вало 165 Домов туриста, 50 турбаз, 12 туристических гостиниц, 24 стационарных турлагеря, сотни палаточных стоянок и других предприятий. А курортная индустрия в СССР в целом располагала в 1939—1940 гг. 1270 домами отдыха и 1828 санаториями.

Создавались на хозрасчетном принципе территориальные ТЭУ, в чьи функции входили отнюдь не только пропаганда туризма, разра­ботка маршрутов, хозяйственное и культурно-массовое обслужива­ние туристов, но и строительство турбаз, Домов туриста, лагерей, а также и производство туристского инвентаря. Самостоятельный ту­ризм должен был курироваться Всесоюзным советом физической культуры при ЦИК, альпинизм при этом от туризма отделялся.

Неудивителен прискорбный факт ликвидации ОПТЭ. В услови­ях тоталитарного государства не было места самодеятельным доб­ровольным обществам. Они находились как бы вне контроля со стороны партийно-государственных структур. В их деятельность было трудно вмешиваться напрямую. Уже на июльском 1936 г. Пленуме ЦК ВКП(б) было заявлено, что «развитие социалистических форм хозяйства на основе НЭПа ведет не к ослаблению, а к усилению сопротивления со стороны капиталистических элементов», этот же тезис о росте классовой борьбы в условиях развития социализ­ма становится доминирующим после февральско-мартовского Пленума ВКП(б) в 1937 г. при определении внутренней репрес­сивной политики. В СССР были распущены практически все са­модеятельные организации: ОДН (Общество «Долой неграмот­ность»), «Автодор», «Друг детей» и др. Деятельность добровольных организаций стала рассматриваться как потенциально опасная. Именно здесь могли вести свою работу «враги народа».

Вышесказанное не является чем-то надуманным. Большинство членов Президиума Центрального совета ОПТЭ были арестова­ны, многие из них впоследствии погибли в лагерях и ссылках.

В 1940 г. было введено Положение о значке «Турист СССР». В нем говорилось, что «комплекс значка "Турист СССР" ставит своей задачей содействовать развитию среди трудящихся Советского Союза самодеятельного туризма как одной из лучших форм актив­ного отдыха, сочетающего наряду с физическим развитием трудя­щихся повышение их культурного уровня, познание социалисти­ческой Родины и приобретение оборонных навыков, необходимых каждому защитнику нашей страны». Введение этого положения послужило толчком к развитию спортивного туризма. К марту 1941 г. нормативы для получения этого квалификационного значка вы­полнило 5000 человек в СССР.

 

Наряду с внутренним туризмом в СССР очень рано начинает развиваться и иностранный туризм. Так же как и при развитии внутреннего туризма, здесь приоритетными были пропагандист­ские вопросы. Выступая на VIII съезде Советов в декабре 1920 г., В. И.Ленин говорил: «Почему до сих пор боятся посылать делега­ции они к нам, а не мы к ним? До сих пор из делегаций, которые они присылали к нам, мы всегда откалывали на свою сторону хоть небольшую часть, несмотря на то, что делегации состояли, главным образом, из меньшевистского элемента, и это были люди, приезжавшие к нам на время». В Советское государство прибывали представители торгово-предпринимательских кругов для обсуж­дения проблем, связанных с концессиями, а также писатели и журналисты, пытавшиеся раскрыть перед западным обывателем облик новой России. Значительную часть среди иностранных туристов составляли рабочие делегации, причем «среди них мало кто сочувствует нам, но мы уверены, что по возвращении домой они будут лучшими агитаторами в нашу пользу».

За влияние на иностранные рабочие делегации с большевика­ми до установления однопартийной системы в СССР конкурировали меньшевики, бундовцы и эсеры. Это определяло общий ха­рактер конкурентной борьбы между социал-демократами и радикально настроенными коминтерновцами на мировой арене за вли­яние на рабочий класс. В одной из приветственных речей от имени меньшевиков и бундовцев к членам английской рабочей делега­ции говорилось: «Мы горячо приветствует ваше решение попы­таться собственными усилиями разрешить загадку сфинкса — рус­скую революцию, собственными глазами осмотреть ту диковин­ную страну, о которой в Западной Европе пишут и рассказывают так много фантастического и неверного, которую одни безмерно порицают и обливают потоками лжи, а другие также безмерно превозносят и восхваляют».

Определенное «заигрывание» этих партий с членами иностран­ных рабочих делегаций проявилось в отнюдь не единичном эпизоде. В одном из выступлений Н.И.Бухарина, фактически возглавлявшего в то время Коминтерн, прозвучала вполне здравая мысль о том, что некоторые представители тред-юнионов будут заведомо собирать порочащую советский строй информацию. Меньшевики на это выступают со следующим заявлением: «От имени всех со­знательных элементов русского пролетариата мы просим у вас, товарищи, извинения за это парадоксальное проявление специ­фического национального гостеприимства, которому вы подверг­лись в нашей стране... Мы хотели бы, чтобы по этому образцу культуры народным комиссаром большевистской партии вы не делали ошибочных выводов о том уровне культуры народа, кото­рый достигнут нашей славной революцией».

Пропагандистское давление на эти делегации оказывалось боль­шое. В.И.Ленин в одном из своих писем отмечал, что, «несмотря на всю враждебность многих (членов иностранных рабочих делегаций. — М.С.) к советской системе и к диктатуре пролетариата, несмотря на громадную плененность их буржуазными предрассуд­ками», знакомство с Советской Россией «неизбежно ускорит крах капитализма во всем мире».

Первоначально обслуживание иностранных туристов было воз­ложено на «Совторгфлот». Но так как в основе его деятельности было пополнение иностранной валюты, которую он получал за счет перевозок на своих судах паломников из стран Ближнего Востока в Палестину, то говорить о том, что дело по организации иностранного туризма у нас было должным образом организова­но, не приходится.

 

В 1929 г. для обслуживания возросшего потока иностранных туристов создается Всесоюзное акционерное общество (ВАО) «Ин­турист», которое со временем становится монополистом в обла­сти организации иностранного туризма в СССР. «Интурист» со­здает свои представительства как за границей, так и в ряде городов Союза, заключает договоры с зарубежными железнодорожными и пароходными компаниями. Интуристам предлагалось около по­лутора десятка маршрутов для путешествий по СССР, включавших, кроме Москвы, крупные административные центры европейской части страны. О размахе деятельности «Интуриста» говорит тот факт, что за период с 1929 по 1938 г. СССР посетило более 100000 иност­ранных туристов. Почти треть всех туристов составляли граждане США. Наивысшая интенсивность посещения нашей страны иност­ранцами в межвоенный период приходится на 1934— 1937 гг., ког­да их число достигло 70000 человек.

Естественный спад начинается с 1938 г., что явилось как след­ствием мирового экономического кризиса, так и тем, что повсе­местно стала ощущаться непосредственная близость надвигавшейся войны. В 1938 г. в СССР прибыло только 5000 иностранных турис­тов. В иностранном туризме в связи с начавшейся Второй мировой войной, а потом и холодной войной наступает длительный пере­рыв. Он заканчивается лишь в середине 1950-х гг., когда наступает новый этап в развитии иностранного туризма в Советском Союзе.

А выезжали ли совграждане в довоенный период за рубеж? Или единственной возможностью ознакомиться с другими странами, отдохнуть там и поправить свое здоровье была эмиграция?

Основной формой выезда за рубеж были, конечно, загранко­мандировки. Своеобразным «отчетом» об одной из них была «Од­ноэтажная Америка» И. Ильфа и Е. Петрова. За рубежом побывали С. Есенин и В. Маяковский, М. Горький и В. Катаев, М. Цветаева и многие другие. В фельетонах В. Катаева «В Западную Европу» и «Наши за границей» повествуется именно о турпоездках. Писатель при этом показывает экстраординарность этого события. «Душевное состоя­ние обывателя, впервые отправляющегося за границу, обычно труд­но поддается описанию. Он мало ест, мало спит, надоедает знако­мым телефонными звонками». В конце 1920-х гг., а фельетон был написан в 1928 г., уровни жизни в СССР и странах Западной Европы уже достаточно сильно отличались, поэтому и возникает такое уродливое явление, когда советские граждане вывозили за рубеж некоторые дефицитные на Западе продукты, которые там продавали. Герой фельетона интересуется: «Слушайте, вы не знае­те, сколько стоит в Западной Европе наша паюсная икра? Дорого? Это хорошо. Мерси. А папиросы? Говорят, наши русские папиросы считаются самыми шикарными. Как вы думаете, стоит захватить тысячи полторы «мозаики»?..». Но если человек не хотел стать «не­выездным», он должен был соблюдать нехитрые «правила игры», заключавшиеся в «железобетонной» преданности делу социализма, в показе преимуществ социалистического строительства перед «загнивающим Западом».

В.Катаев пишет очерк «Париж—Вена —Берлин», в котором говорится следующее: «Съездил на несколько дней в Вену. Впе­чатление — ужасающее. Трудно себе представить, что сделал... кри­зис (время написания очерка — 1931 г. — М. С.) с этим классиче­ским городом шика и веселья. Город — тень. Город — труп. Город – абстракция... Германия умирает. Австрия умерла давно. Автомоби­лей — кот наплакал... Магазины пустые... Одеты люди в Вене ужас­но. Не верится, что это почти в центре Европы. Ботинки нечище­ные, латаные-перелатаные... Шляпы! Элегантные фетровые венские шляпы — вылинявшие, выгоревшие, с рыжими лентами, повис­шими краями. Видно, что люди донашивают последнее, а что даль­ше — неизвестно. Мрак. И главное — никакого выхода». Инте­ресно, после прочтения подобного очерка захочется ли кому-нибудь посетить Вену? А рядом с подобным материалом давался репортаж с графиками и диаграммами о строительстве наших индустриальных гигантов, о новых институтах, больницах и т. п.

Организованный, или, как его со временем стали называть, плановый зарубежный туризм, возник в СССР в 1930 г., когда первая группа из 257 передовиков производства из разных городов Союза отправилась в морской круиз с заходом в Гамбург, Неаполь и Стамбул. Туристам во время круиза читались лекции о международном положении, проводились политинформации, что было обязательной составной частью путешествия. Но также им давался и богатый страноведческий материал по всем тем госу­дарствам, вблизи чьих берегов они проплывали. Для них устраива­лись литературно-художественные вечера, проводились беседы о туризме.

Великая Отечественная война и восстановительный период отодвинули туристские проблемы на второй план. Внутренний туризм стал возрождаться лишь в конце 1940-х гг. В послевоенные годы получил широкое распространение как плановый, так и са­модеятельный, спортивный, детский и семейный туризм.

 






 
2007 — 2016 Туризм